Содержание

Тёмный-тёмный лес
Повести  -  Мистика

 Версия для печати

– Езжайте по своим бессмысленным делам, но помните, что в час, когда мир будет стоять у пропасти, в убежище великого Стаханова попадут лишь избранные. 
     С этими словами коротышка вышел из автобуса.  Снаружи послышались приглушенные голоса.  Водитель облегченно выдохнул:
     – Заколебали эти сектанты.  Слышь, бабка, давай лучше про полицаев рассказывай. 
     Мотор паза взревел, и автобус поехал дальше.  Наталья с Андреем с интересом глядели в окно, на столпившихся вдоль дороге низкорослых крепких гномов, которые махали вслед уезжающему автобусу. 
     – Простите, – глава семейства Захаровых повернулся к Яге, – а это кто такие?
     – Гномы, – с раздражением процедила старуха.  – Соседи наши, так сказать.  Землекопы.  Поклоняются своему божеству – Стаханову, верят, что скоро наступит конец света и лишь у них в шахтах можно будет спастись. 
     – И много прокопали уже? – включился в разговор мужчина, ехавший на переднем сиденье вместе с русоволосым и лопоухим сынишкой лет шести. 
     – Много, – Яга махнула рукой.  – В прошлом месяце, например, прокопали свой тоннель прямо в соседский канализационный колодец.  А колодец то во-о-он где.  Быстро работают.  Кощей хотел с ними судиться, когда они стали автобусы с туристами останавливать для пропаганды, а потом плюнул на этих фанатиков.  Пусть себе копают…
     Она замолчала, словно обдумывая, что бы ещё рассказать, потом спросила:
     – Малиновую настойку когда-нибудь пили?
     Андрей, светловолосый мужчина и дедок в строгом костюме, ехавший на отдых с внуками, отрицательно замотали головами.  Лишь супруга блондина робко, словно в школе, подняла руку:
     – Я раньше пыталась делать настойку… А вы сами делаете, да?
     – У меня своя рецептура, – Яга явно была рада найти среди туристов «родственную душу».  – Знаю даже как за два часа сделать коньяк сорокалетней выдержки.  Кощей с Волком так те частенько захаживают…
     За окнами автобуса промелькнул притулившийся к обочине кафетерий с надписью «У Ежа», затем паз прошмыгнул через деревянную арку и оказался на широкой пыльной улице, по обе стороны которой располагались ряды аккуратных одноэтажных домиков.  Справа от автобуса, подле раскидистого дуба с намотанной на ствол тяжелой цепью из желтого металла, был выставлен накрытый скатертью стол со всевозможными яствами. 
     – Вот и прибыли! – радостно сообщила Яга.  – Гости дорогие, отведайте хлеб, соль, помидоры и картошечку.  А после еды все к Лешему на инструктаж по технике безопасности. 
     Пассажиры паза принялись выгружаться.  Сумки и чемоданы с самым необходимым, теннисные ракетки, панамы (причём у всех красные), мячи. 
     Люди ехали отдыхать.  Полтора часа тряски в неудобном пазике и встреча с забавными гномами-сектантами теперь казались неотъемлемыми составляющими местного колорита.  Никто не обижался ни на болтливую Ягу с историями про полицаев, ни на прораба Сергея из братства имени Стаханова.  Это была плата за грядущую радость летнего отдыха. 
     Первым к столу, словно нападающий футбольной команды к воротам противника, вырвался русоволосый парнишка, отец которого интересовался у Яги успехами сектантов в деле перелопачивания грунта.  Он схватил из вазы огромный помидор, откусил от него добрую треть и только после этого обернулся к остальным. 
     Составив сумки и пакеты с вещами возле дуба, счастливые туристы подошли к столу и тоже принялись поедать фрукты и овощи. 
     – Наташа! – слышался голос молодой темноволосой женщины, – ты же знаешь, что тебе нельзя сладкое.  Не бери конфеты!
     Наталья Захарова обернулась было к говорившей, но тут же вспомнила, что дочь этой женщины тоже зовут Наташа и просьба не есть много сладкого адресовывалась именно конопатому ребёнку. 
     -А почему стульев нет? – посетовал пожилой мужчина.  – Спина болит, мне бы сесть…
     -Так вы прямо на траву садитесь! – весело отозвалась Яга, во всеобщей суете уже стянувшая со стола бутерброд с колбасой.  – У нас всё по-особенному!
     Недовольный сервисом мужчина так и сделал. 
     – Ну, каково? – подмигнула туристу старушка, – Никаких офисных кресел и домашних диванов.  Никаких газеток, пультов от телевизора и прожигания жизни впустую.  Вы просто сидите на траве и дышите свежим воздухом.  Вокруг вас – жизнь!
     Что-то неуловимо-гипнотическое было в голосе Яги, потому как с лица сурового собеседника тут же сползла маска строгости.  Расплывшись в улыбке, он уселся поудобнее и засмеялся:
     – Честное слово, я сам как будто помолодел! Чудесное место! Просто исполнение детских мечтаний…
     – Это вы так отсутствию стульев радуетесь? – удивился Андрей. 
     – Стулья – это условность, которая мешает нам почувствовать единение с природой.  А сейчас нет их и я как ребёнок – захотел, бухнулся на пятую точку в траву и сижу, радуюсь жизни. 
     Захаров хмыкнул, «приговорил» очередной бутерброд и тоже уселся на траву рядом со стариком. 
     -Меня Андрей зовут, – протянул он руку своему новому знакомому. 
     – Ромашкин.  Александр Петрович, – мужчина ответил крепким рукопожатием.  Его узкая ладонь оказалась на удивление сильной.  – Я тут с внуками.  Решил их от компьютеров оторвать, да и сам развеюсь чуток. 
     – Это верно, место шикарное. 
     – Не то слово, – Ромашкин усмехнулся.  – Чего стоят хотя бы эти «Братья По Штольне». 
     Яга вернулась лишь после того, как гости Тёмного леса, подобно стае саранчи, уничтожили всё съестное, найденное на столе, и вдоволь навалялись в тени дуба. 
     – Идёмте заселяться, – чуть виновато произнесла она и указала на ряды ярких домиков.  Нехотя поднявшись с травяного ковра, туристы устремились к дубу за своими вещами, а затем, уже навьюченные, двинулись за старухой. 
     Яга вела себя в лагере прямо-таки по-хозяйски. 
     – Самобранку уберите! – крикнула гроза полицаев. 
     Тут же откуда ни возьмись возле дуба появились две девушки в светлых платьях и принялись «колдовать» над остатками былой трапезы, унося грязную посуду и бережно сворачивая скатерть. 
     – Пряничные домики, – тоном Наполеона Бонапарта, маршем вошедшего в Москву, вещала Яга, – по одному на семью. 
     Она извлекла из кармана коммуникатор, принялась водить остриём стилуса по сенсорному дисплею гаджета и, наконец, произнесла:
     – Семья Захаровых: Андрей, Настя, Наташа – в третий домик.  Семья Ульяновых: Юра, Марина и отрок их Влад – в четвёртый домик.  Ромашкины – Александр и внуки могут селиться в доме под номером пять.  Шестой – для Олеси и Наташи Васильевых.  Вроде всё правильно… Домики пронумерованы, распаковывайте вещи, обустраивайтесь.  Через час все собирайтесь возле дуба – Леший будет проводить инструктаж. 
     Яга ловко развернулась на каблуках, но, внезапно остановилась:
     – Чуть не забыла… Стены и мебель не грызть!
     Когда старушка отошла от туристов, те направились к отведённым для них коттеджам.

Александр Тихонов ©

09.03.2012

Количество читателей: 28934