Содержание

Мой преследуемый милый
Миниатюры  -  Ужасы

 Версия для печати

Лобазов Д. В. 
     Фентезийный рассказ
     Мой преследуемый милый
     Тёмное фентези
     
     Ох, милый, мой милый…
     Как приятно мне видеть лицо твоё, такое умиротворённое, такое спокойное.  Ведь я люблю тебя – в моих чувствах не сомневайся! Ты всегда делал такое лицо, когда я говорила тебе об этом… Знаешь, мне было больно от этого, словно внутри холодных нож резал душу.  После твоих жестоких слов я садилась в тёмный угол своей комнаты и вечерами на пролёт плакала, а на следующий день как дура извинялась… Да, я - дура! Но я люблю тебя и не представляю без тебя своё существование. 
     А помнишь…
     Помнишь, мой милый, тот день, когда мы повстречались.  Я была, должна признать, в тот день не совсем в лучшем виде, но ты же должен понимать – при дворе я должна играть роль знатной дамы, а потому все эти слуги, кареты, запряженные ездовые птицы.  Право эти полуорки-ездовые совершенно не умеют себя вести: накричали на тебя, хотя ты создал такую великолепную паровую машину для двора – я трепетала от одного только её вида.  В тот знаменательный великий день, когда я отправилась лично забрать заказ, судьба свела нас вместе.  О, ты был прекрасен! Даже в технарском рабочем костюме.  А следы масла на шеках даже предавали некого шарма. 
     Ох, милый, я помню, ты стеснялся, словно жался от меня.  Всё понимаю: ты думаешь, что я для тебя повелительница, принцесса.  Но я всегда уверяла тебя, что между нами нет никаких границ, ведь мы пылаем истинной любовью, а для настоящей любви нет никаких преград!
     А знаешь…
     В первую ночь я несколько раз спускалась к той машине в ванну, наблюдая, как она подаёт горячую воду по шипящим трубам.  Я водила пальцами по воде и представляла в её отражении твоё лицо.  Ах, в тот миг я решила, что люблю тебя безгранично, как сами боги драконы-творцы не любили друг друга бесчисленные переходы назад.  Мой милый, я люблю тебя. 
     На следующий день я не могла не наведаться в твою мастерскую, чтобы вновь увидеть тебя.  И через день.  И через два…
     А когда мне уже не было причин, чтобы приходить, я пригласила тебя в замок на свой летающий остров, чтобы ты был как можно ближе к тебе.  Пойми, я не могла показать чувств к тебе, ведь я беспокоилась о тебе.  Ты знаешь, все эти дворцовые интрижки… Они могли легко использовать тебя или ещё хуже… Погубить! Даже когда в ту ночь я пришла к тебе… Касаясь твоей кожи я думала лишь о нашей любви. 
     И на следующую ночь…
     И через ночь…
     Но я не понимаю! Почему?! Почему ты оказался так слаб духом?! Почему решил, что я использую тебя? Почему начал подозревать меня в том, в чём не виновата я была.  Ну и что, что все паровые системы работали прекрасно.  Ну и что, что давала тебе простые работы в глубине подвалов.  Ну, пойми же – это было всё тебе во благо. 
     Мне казалось, что мы понимаем друг друга, как не понимает никто.  Как прекрасные бога-ветра, что дуют своими страстными порывами с севера.  У нас же были такие идеальные отношения в этот короткий период, почему же эта идеальная нить так резко прервалась.  Почему же жизнь моя стала мне в тягость?!
     А понимаешь ли…
     Это ты в этом виноват.  Причём заметь – я говорю это тебе тоже с любовью, а не с каким-то упрёком.  Ты сам ушёл от меня к той придворной шлюшке.  А ведь она была обычным человеком, рабом, ничтожеством! Ты просил у неё помощи?! Это гнилое оправдывание! Искал в её груди утешение – вот что более вероятно.  Я видела, как ты смотрел на неё, видела, как обнимал! За это я возненавидела её.  За это я убила её!
     Одним рабом больше, одним меньше. 
     А потом ещё одним. 
     И ещё одним… Хотя я не совсем понимаю, что ты нашёл в том паромщике, что отвозит обычно жителей замка обратно вниз в город…
     Ведь жить в замке – это так замечательно! Никуда не надо выходить, всё подают тебе в постель.  Мог бы просто подождать, и я бы пересилила бы тебя из подвальной постели в мою.  Милый, ну почему же ты так часто пытался выйти из замка? Что терзало тебя? Что вело тебя из моих стен? Ведь я так была добра к тебе, отдавалась до последней капли, была каждую минуту рядом с тобой. 
      И в ту ночь, когда я вновь была готова согреть тебя своим теплом в твоём рабочем подвале.  Но тебя там не было.  В тот момент, когда я поняла, что тебя нет в твоей комнате, холодок пробежал у меня по спине, а ноги подкосились.  Я кинулась наверх, в зал, в кухню, в туалет – тебя нигде не было.  И тогда меня как молния ударила, я вылетела за дверь, где бушевал сильнейший шторм месяца середины лета «сердца перемен».  Конечно, говорят священные взыватели, что в это время многих охватывает страсть Ветра Перемен с запада, но ты… Ты предал меня! Ты решил бросить меня и в чёрную ночь, наконец, вырвался из моих объятий, ушёл. 
     Но я догнала тебя, остановила, спросила, почему ты вечно убегаешь.  Я увидела смятение на твоём обветренном лице.  Понимаю, я сама была мокрая до нитки, на босу ногу, полуголая, с размазанной по лицу тушью и пудрой, вся заплаканная.  Да, я рыдала, не переставая, и раз за разом спрашивала тебя, почему же ты вечно пытаешься убежать от меня.  Я понимаю, что тогда вела себя просто ужасно, но ты прости, ведь я люблю тебя, и иногда у меня просто сдают нервы.  Прости родной. 
     Ведь в тот момент, когда я почувствовала твои объятия, твою любовь.  Так ты мен ещё никогда в своей жизни не целовал.  Ты страстно обнял меня и сжал так крепко-крепко.  Так сильно-сильно.  Твоя любовь была на столько невероятна, твои руки на столько сильны… Твои пальцы на моей шее… Та любовь, что мешает дышать, что не даёт вздохнуть. 
     И ты всё таки ушёл, убежал.  Ускользнул на летающей лодке, а я последовала за тобой.  Я решила всё время быть с тобой и из-за любви позабыла, о замке, о своей прошлой жизни.  Но всё опять было как-то не так.  Ты от кого-то скрывался в старых зданиях города, а тебя искала стража, говоря что-то обо мне и каком-то убийстве.  Нелепость! Разве ты можешь кого-то убить! Ты же такой невинный, такой прекрасный. 
     Мой милый. 
     Ну почему же?!
     Когда я подавала тебе кружку, ты отпрыгивал от неё, вопя, словно от ужаса.  Когда пододвигала заботливо стулья за столом, ты прятался куда-то и говорил, чтобы я исчезла.  А ведь мне обидно и так больно.  Вот здесь – в груди. 
     А ты стал каким-то запуганным, почти не спал, купил какой-то священный знак восьми богов.  Такой смешной – от этого ты мне нравишься ещё больше! Но вот тот твой странный друг мне не понравился совсем-совсем.  Тот человекорожденный, у которого вместо обычных ушей кошачьи ушки.

Денис Лобазов ©

04.07.2009

Количество читателей: 3385